БИЗНЕС НА РУЧНОМ УПРАВЛЕНИИ

09.06.2017 16:59

Хабаровский край занял 40-е место в национальном рейтинге инвестиционной привлекательности регионов, поднявшись на 33 позиции по сравнению с прошлогодним результатом, что свидетельствует о значительной работе, проделанной в этом направлении, но еще большая часть ее впереди. 29 июня в Хабаровске состоится выездная коллегия Генеральной прокураторы по вопросам создания благоприятного инвестиционного климата в ДФО. Вопросов для обсуждения немало, в том числе и системные, связанные с несовершенством российского законодательства. Без решения этих проблем никакую эффективную правовую систему для бизнеса не построить. 
«Тихоокеанская звезда» решила обсудить этот важный вопрос с теми, кто знает проблему изнутри.
Сегодня мы говорим с уполномоченным по защите прав предпринимателей в Хабаровском крае Олегом Герасимовым.
- Институт уполномоченного по защите прав предпринимателей существует в Хабаровском крае уже три года. И появился он, в том числе, потому, что предприниматели не смогли найти поддержку в прокуратуре. Казалось бы, все просто: прокуратура - орган, который осуществляет надзор за исполнением закона. Куда же, как не в прокуратуру, идти с жалобами на ущемление законных прав? Однако общественные объединения задавали вопросы, на которые не получали ответа, говорили о нарушениях, которые не находили формального подтверждения. И вообще по статистике обращений предпринимателей в прокуратуру очень мало.
- Не верят?
- Традиционно опасаются правоохранительных органов. Да, прошла пора решения вопросов «по понятиям», общество пришло к пониманию того, что действовать надо по закону. Но у каждого предпринимателя был свой «скелет в шкафу», и он не сомневался: придет в прокуратуру с проблемой и получит в ответ не очень приятные вопросы. В прокуратуру и сегодня редко идут - разве что если усматривают нарушение, с которым они не могут справиться в судебном порядке.
Для уполномоченного по защите прав предпринимателей прокуратура - безусловный союзник, «рабочий инструмент». Если мы выявляем нарушение законодательства в чистом виде, если наши возражения, настаивая на своей трактовке закона, не услышали в муниципальных или каких-то государственных органах, мы обращаемся в прокуратуру.
Чем крупнее инвестор, тем меньше вероятность, что он придет за помощью ко мне: его «лоббистские» возможности достаточно велики, чтобы решать свои задачи в режиме «ручного управления». Власть заинтересована, например, в крупных резидентах ТОСЭРов, поэтому для оперативного решения вопросов всегда обеспечит их кураторами на уровне министерств, создаст комфортные условия.
Но чем меньше величина инвестиционного капитала, тем больше его обладатель сталкивается с реальными проблемами: затягиваются сроки выделения земли, технологические подключения к сетям. При этом все… правы! Для тех или иных отказов чаще всего находятся законные причины и «невозможности». Такой инвестор отправляется по длинному пути, пытаясь выполнить все выставляемые ему условия и обязательства, все эти бесконечные ограничения, нормы, допуски, которые годами выстраивались в каждом министерстве или ведомстве, - и нередко упирается в тупик.
- А «погоду» в инвестиционном климате кто делает: крупный инвестор? Но ведь таких единицы…
- Вот как раз не крупный, а малый бизнес если не формирует, то дает оценку инвестиционному климату. От его мнения зависит, как люди воспринимают Хабаровский край. Инвестор - это ведь не столько человек, приходящий со стороны, сколько уже действующий на территории предприниматель, который развивает собственное дело, покупает помещение, средства производства, вкладываясь заработанными средствами, привлекая банки. Отряд таких инвесторов очень велик - и, к сожалению, эти люди остаются со своими проблемами наедине.
То, что Генеральная прокуратура проводит в Хабаровске коллегию, посвященную инвестклимату на Дальнем Востоке, свидетельствует о ее интересе к происходящим здесь процессам. Планы по развитию грандиозные, но хотелось бы более высоких темпов. Малый бизнес тоже заявляет о желании включиться в эту работу. Уже почти три года об этом идут разговоры, названы критерии, но стать резидентами удалось немногим. Микробизнес, малый бизнес очень ждут их, чтобы оказывать свои услуги. Ведь любой крупной компании понадобится обеспечить строительство, перевозки, ей надо кормить людей.
- Что же мешает? Это проблема инвесторов - или дело в том самом инвестиционном климате?
- Думаю, Генпрокуратуру в рамках ее полномочий это тоже волнует. Ей будет важно убедиться в том, что инвесторам предоставлены необходимые условия, что для них не создаются барьеры. Это вариант обратной связи: бизнес должен будет сказать о том, с какого рода проблемами он столкнулся и которые не смог решить. (К примеру, были обращения из Приморья по пересмотру таможенной стоимости.)
Полагаю, москвичей также интересует, насколько успешно справляются с проблемами бизнеса региональные прокуратуры. Ведь, повторюсь, часто препоны возникают в виде законных по форме отказов. Что делать: «заходить» в каждый отказ, разбираться, что за ним стоит по сути? Опять ручное управление? Необходимо выстраивать такую систему, когда выдача всех необходимых разрешений будет обеспечена, когда не будет возникать сомнений в том, что отказ правомерен.
Очень показательный в этом смысле пример - перевод жилых помещений в нежилые. Ведь этим вопросом озабочен наш некрупный инвестор, который намерен выкупить квартиру на первом этаже для того, чтобы открыть там парикмахерскую, мастерскую по ремонту обуви, магазинчик с набором товаров первой необходимости. В Хабаровске с этим просто беда!
В течение последних 4-5 лет у предпринимателей просто отбили охоту это делать. Получить в администрации города заветную финальную подпись в документе, разрешающем перевод жилого помещения в нежилое, практически невозможно. В один непрекрасный момент всё застопорилось со ссылкой на федеральное законодательство, на требование стопроцентного одобрения всех жильцов дома, добиться которого просто нереально.
По форме всё правильно, так что ни один чиновник за созданные им препятствия не понес никакого наказания. Придраться к нему трудно: он «прикрылся» всевозможными нормами. Прокуратура может эффективно сработать: когда, к примеру, налицо факт вымогательства денег. Либо сначала «возможностей не было», а потом они вдруг откуда-то возникли. Наши предприниматели предлагали организовать прокурорскую проверку отказов на перевод жилья в нежилой фонд. Интересно, на каком основании часть из них потом сменилась одобрением: либо устранены реальные недостатки в виде неподходящих диаметров труб и размеров окон, либо количество собранных подписей вдруг стало устраивать… Есть о чем задуматься.
При этом были и другие трактовки закона. К единому мнению не пришли до сих пор. А бизнес просто прекратил покупать квартиры. Значит, до потребителя не дошла какая-то услуга, у него меньше выбора… Мне думается, если предприниматель готов был инвестировать в такой вид бизнеса, неправильно его в этом ограничивать. Никто от этого не выигрывает.
- Закон опять - что дышло: куда повернул - туда и вышло?
- К сожалению, да. Это неправильно. С этим необходимо что-то делать. Причем делать совместными усилиями. Бизнес нарабатывает «статистику» - те случаи, которые, например, пока не описаны в законе. Да, 99 ситуаций законодатели предусмотрели - а жизнь подкинула сотую. Каждому закону бизнес дает свою оценку. Если, к примеру, в итоге возрастает налог - значит, закон мешает. Если идет рост затрат (на благоустройство и т. п.) - значит, надо это как-то оптимизировать. Кто-то оптимизирует за счет объединения с другими предпринимателями, кто-то ищет дыру в законе, чтобы его не исполнять.
Путь от появления очередного повода внести поправки в закон до его усовершенствования весьма продолжителен. Но без этой ежедневной, кропотливой, рутинной работы не обойтись. Бизнес надо развивать. Значит, необходимо искать системные решения. Иначе - только малоэффективное ручное управление…

Беседовала
Марина СЕМЧЕНКО.

 
Автор: Марина СЕМЧЕНКО